- Помогай тебе бог, - сказала она.

Дамасо посмотрел на нее с неприязнью.

- Не интересуют тебя мои дела.

- Слишком они для меня умные, - сказала Ана.

Она погасила лампу, легла к стене и с горечью продолжала:

- Когда тебе будет тридцать, мне будет сорок семь.

- Дуреха, - сказал Дамасо.

Он ощупал карманы в поисках спичек.

- Тебе тоже не надо будет тогда стирать белье, - добавил он не совсем уверенно.

Ана протянула ему горящую спичку. Она смотрела на пламя, пока оно не погасло, а потом отбросила обуглившуюся спичку в сторону. Дамасо вытянулся в постели и снова заговорил:

- Знаешь, из чего делают бильярдные шары?

Ана не ответила.

- Из слоновьих бивней, - продолжал он. - Поэтому их очень трудно раздобыть, и нужен, по крайней мере, месяц, чтобы их сюда доставили. Понятно?

- Спи, - прервала его Ана.- Мне в пять вставать.

Дамасо вернулся в свое естественное состояние. Первую половину дня он проводил, покуривая в постели, а после сиесты, готовясь к выходу на улицу, начинал приводить себя в порядок. Вечерами он слушал в бильярдной радиопередачи чемпионата по бейсболу. У него была похвальная способность забывать свои идеи с таким же энтузиазмом, с каким он их рождал.

- У тебя есть деньги? - спросил он в субботу у Аны.

- Одиннадцать песо. - И она добавила мягко: - Это плата домохозяину.

- Я хочу тебе кое-что предложить.

- Что?

- Одолжи их мне.

- Надо платить хозяину.

- Потом заплатишь.

Она отрицательно покачала головой. Схватив ее за руку, Дамасо не дал ей подняться из-за стола, за которым они только что завтракали.

- Всего на несколько дней, - сказал он, ласково и в то же время рассеянно поглаживая ее руку. - Когда продам шары, будут деньги на все.

Ана не согласилась.

Этим вечером в кино, даже разговаривая в перерыве с друзьями, Дамасо не снимал руки с ее плеча. Картину смотрели невнимательно. Под конец Дамасо стал проявлять нетерпение.